Главная
 
 
Всего записей: 2821
Страницы: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 | 89 | 90 | 91 | 92 | 93 | 94 | 95 | 96 | 97 | 98 | 99 | 100 | 101 | 102 | 103 | 104 | 105 | 106 | 107 | 108 | 109 | 110 | 111 | 112 | 113 | 114 | 115 | 116 | 117 | 118 | 119 | 120 | 121 | 122 | 123 | 124 | 125 | 126 | 127 | 128 | 129 | 130 | 131 | 132 | 133 | 134 | 135 | 136 | 137 | 138 | 139 | 140 | 141 | 142 |

1661. Ю



Fri 26.Jun.2009 22:32:45
Валацуга

Начало - до 13 стр. Анна (готово) +Мария
Дарвинский - стр. 14-23 Анна (готово) + Мария
Ока стр. 24-33 Танька (готово) + Мария
Березина 34-43 Валацуга (готово)
Аскания-Нова 44-62 Анна (готово)
Кавказ 63-77 Ольга (готово)
Астрахань и Калмыкия 78-93 Masha (Питер) + Ева (Владивосток)
Бухара 94-109 Анна ??? Мария (Казань)???
Чаткал 110-125 Юрий
Репетек 126-143 Мария (Казань) Байкал 144-161 Ольга
Таймыр 162-181 Валацуга (готово)
Москва с 182 Танька
 
1660. Валацуга



Fri 26.Jun.2009 17:23:19
Всем привет! Вот глава про Таймыр. Прошу прощение за долгое ожидание. В сноске к иллюстрации на странице 177 не осилили одно слово. Может кто-нибудь поможет это сделать? Приятного чтива!

Таймыр
Бесконечный день

Таймырский полуостров простирается примерно на 750 миль над Северным полярным кругом и заканчивается менее чем за тысячу от Северного полюса. Это тундра – территория, совершенно отличающаяся от тех мест, где мы побывали за время нашего путешествия. Долгим и неудобным был перелёт из Москвы, во время которого мы пролетели через четыре часовых пояса перед тем, как достигли Земли полуночного солнца. Мы приземлились в Хатанге, где нас встретил представитель местного телевидения, приятный, тихий человек, угостивший нас самым роскошным обедом в этом крошечном городке, который выглядел как пограничный город во времена золотой лихорадки. Затем, насытившись, мы сложили наш багаж в вертолёт и взяли курс на заповедник Бикада, который расположен в 350 милях севернее города. До него было далеко как до Луны.
Тундра была таинственна и величественна: плоская золотисто-зелёная земля с тысячами искрящимися озёрами и водоемами самых изумительных форм и размеров. Одни были как головастики, другие как птицы, а некоторые как маятники, квадраты или равнобедренные треугольники. Все они были насыщенно синего цвета, почти черные. Кое-где можно было увидеть большие полосы и полумесяцы нерастаявшего снега, хотя считалось, что была середина лета. А местами был виден зимний лёд, лёгший на плечи тундры, образуя такие правильные гряды, что в некоторых частях они выглядели как границы возделанных человеком полей. Воздух был кристально чистым, а небо под постоянным солнцем голубым-голубым. Смотря на ярко освещенный пейзаж, была чрезвычайно удивительна невозможность определить - полдень ли это был или полночь.
Постепенно тундра стала более холмистой, зеленовато-жёлтой, смятой и взъерошенной. Казалось, что бархатная скатерть украсила изящными складками холмы. На тёмной зеркальной поверхности озёр плавали шали подтаявшего снега. Наконец мы полетели низко над широкой быстрой рекой Бикадой, где на её берегах теснилась кучка зданий – главное управление заповедника. Место более удаленное от цивилизации было бы трудно представить, но чистый воздух, солнечный свет и удивительная тишина, после того как улетел вертолёт, делали это место волшебным. Нас расквартировали в крошечный домик из трёх комнат, в котором необходимо было поселиться всем нам восьмерым. Он оказался достаточно комфортным. Самым раздражающим оказался постоянный солнечный свет. Фактически он оказывал на нас такой же выбивающий из колеи эффект как и бессонница. Но при помощи такого необходимого изделия как старые ленты для кассет, мы сумели приклеить одеяла и пальто над окнами так, чтобы наши комнаты погрузились во мрак, а Ли вскоре научилась спать с повязанным на глаза носком, что делало её похожей на невесту Франкенштейна, но он сотворял ночь, где её и в помине не было. На улице под солнечным светом жил свой удивительный зеленый мир. Первые четыре или пять дюймов под ногами были как губка мягкими, словно многоцветный шерстяной ковер, сотканный из трав и миниатюрных деревьев, которые там росли. Глубже земля была замерзшей. Запустить пальцы в мох – это словно спрятать их в шерсти животного, а ощущение было, как будто бы вы их поместили в морозилку. Кажется, что ты ходишь по толстому мягкому ковру из мха и трав, постланному на пол из замёрзшей земли. Здесь были пушистые маленькие, походившие на маргаритки, цветы, а также подмигивающие вам небесно-голубые цветы, напоминавшие миниатюрные незабудки. Повсюду были леса, достигавшие высоты лодыжки, карликовой ивы с розовыми цветами похожими на простачков, которые стойко росли в изумрудно-зеленом слое мха. Между огромными подушечками для булавок из мха и лесами для младенцев тянулись мостовые, отчеканенные ногами леммингов.
Нашей главной целью для съемок был овцебык, или, как его еще называют, мускусный бык. Это странное косматое коренастое животное было когда-то обычным в сибирской тундре, хотя вымерло в остальной части Сибири около десяти тысяч лет назад. На Таймыре он протянул дольше. Судя по ископаемым остаткам, он исчез около трех тысяч лет назад. Почему они исчезли, остается тайной, но существует теория, что это связано с изменением климата, который стал неподходящим для них. Однако я считаю, что эта теория далека от истины так, как реинтродукция овцебыков продвигается успешно. В 1930-ых годах советские власти решили, что мускусный бык должен снова бродить по тундре, поэтому они попытались купить нескольких животных в Гренландии. Переговоры затянулись и перед тем, когда животные наконец-то могли быть погружены на корабль, началась война, что положило конец проекту. После войны дело совсем не продвинулось до тех пор, пока премьер-министр Канады Трюдо во время визита в Советский Союз не узнал об отсутствии овцебыков в стране и не предложил десять животных в качестве подарка. Чтобы не отстать в зоологической дипломатии Соединённые Штаты предложили пятьдесят овцебыков. Эти косматые подарки прибыли должным образом. Некоторых отправили на остров Врангеля в Северном Ледовитом океане, а тридцать поселили на Таймыре. Здесь они отлично преуспели, и сейчас их общая численность составляет 104 особи.
Когда мы приземлились, нас поприветствовал Григорий, который, можно сказать, был отцом овцебыка, так как именно он отправился в поездку для того, чтобы доставить их сюда, и именно он недавно ездил на конференцию в городе Фэрбенкс, где гордо возвестил об успехе реинтродукции, которая, по мнению многих ученых, была обречена на провал. У Григория было загорелое и забавное лицо: даже при упоминании об овцебыках оно начинало светиться, и было очевидно, что эти существа – самое главное в его жизни. Он сказал нам, что уверен в том, что мы можем снять быков, так как при помощи собаки он мог согнать их. Вся затея казалась такой странной, что мне слабо в нее верилось, но мы подумали, что можно хотя бы попытаться.
На следующий день прилетел вертолет, и мы тронулись в путь, везя с собой приученного к овцебыкам пса – маленькую сибирскую лайку по кличке Дики, мужественное существо, которое воспринимало все происходящее с невероятным спокойствием и, очевидно, привыкшее к такому необычному способу охоты. Я, должен сказать, был немного взволнованнее Дики, потому что я страстно увлекался овцебыками, и одной из моих целей была увидеть их в естественной среде обитания. Все началось, когда однажды в зоопарке Копенгагена я встретил детеныша овцебыка – такого очаровательного, что я без памяти влюбился в этот вид. Сейчас возможность увидеть настоящего дикого овцебыка в тундре казалась очень захватывающей.
Некоторое время мы летели над нежноволнистыми холмами, зелеными и золотистыми в солнечном свете, над многочисленными водоемами и озерами, сверкавшими как рыбья чешуя, когда мы над ними пролетали. Затем мы сделали вираж и начали снижаться. Дики незамедлительно начал проявлять интерес к происходящему. Пес поднялся с пола и подошел к одному из иллюминаторов и, прижав к нему нос, начал пристально изучать землю. Вдруг все его тело напряглось, он начал скулить и издавать негромкое гортанное рычание и под нами мы увидели стадо овцебыков. Мы опускались все ниже и ниже, пока не оказались прямо за ними. Дики неистовал, возбужденно лаял и издавал фальцетом завывания на манер тирольских горцев. Быки промчались перед нами, косматые, как старые ковры перед камином, с бледными мордами. Их изогнутые рога выглядели как обесцвеченные ветки, которые выбросил прибой на отдаленный морской берег. Когда они бежали галопом, их коренастые ноги кремового цвета тяжело ударяли по голой земле между лоскутами мха и поднимали миниатюрные пылевые бури. Мы спустились еще ниже за овцебыками, а Дики, к этому моменту, визжал в истерике от волнения. Мы еще находились в воздухе примерно в шести футах от земли, когда открыли дверь вертолета. Дики резко взмыл, как выпущенная борзая в погоне за своей жертвой. Он помчался по тундре, быстро догнал неуклюже и тяжело двигавшихся овцебыков и все бегал вокруг них, лая как бешенный. Овцебыки тогда с удовольствием воспользовались своим классическим маневром. Они образовали круг: малыши в центре, впереди взрослые - свирепой и пугающей преградой - со своими устрашающими рогами, выставленными наружу в боевой готовности. Если Дики приближался слишком близко, вожак стада внезапно разрывал круг и атаковал его, опустив к земле массивную голову, изготовившись огромной косой своих рогов пронзить надоевшую собаку. Но Дики был слишком проворным и слишком умным, чтобы быть пойманным таким образом и все отскакивал с пути быка. После множества рывков головы с раздраженным храпом бык, было бы, возвращался в круг только для того, чтобы снова быть выгнанным еще раз, приведенный в ярость смелостью Дики. Было впечатляющим зрелищем видеть этих мощных животных, стоявших плечом к плечу, образовав круг, своими рогами выстроив неприступный забор за которым надежно охранялся молодняк.
Некоторое время мы их снимали, но затем возникло препятствие. Пока Дики лаяла на них, они сохраняли оборонительную позицию, но если собаку отзывали, стадо немедленно неуклюже разбредалось, поэтому таким образом невозможно было снять их естественное поведение. После нескольких тщетных попыток решить эту проблему, мы решили попытаться найти другое стадо, чтобы посмотреть будут ли они более сговорчивыми. Наконец мы нашли их, но оказалось, что они тоже не склонны к сотрудничеству: они либо образовывали оборонительный круг со стуком множества рогов, либо же уносились галопом за горизонт с порядочной скоростью и решимостью. В конечном счете, мы все же решили проблему, но скорее случайно, чем преднамеренно.
Мы спускались по реке на лодках, чтобы снять особенно красивый холмик дикорастущих цветов, который мы нашли. Прямо перед тем, как мы достигли пункта нашего назначения, где раскинувшиеся холмы достигали высоты 200-300 футов, мы увидели целое стадо мускусных быков, похожее на ворсистую байку на фоне голубого неба, мирно ощипывавшее молодые побеги. Некоторые лежали, погруженные в глубокий сон, оставшиеся кормили детенышей. Григорий объяснил, что он закопал в этом месте много каменной соли и быки приходили, время от времени в это изготовленное для лизания соли место. Лодки причалили к берегу, и команда отправилась на холм, пытаясь снять быков, пока они держались естественно. В этом им сопутствовал успех: они сняли несколько милых кадров, где малыши сосали вымя, старшие дремали среди цветов, а другие выкапывали и лизали соль. Затем Родни решил, что хочет снять действие, которое бы сочеталось с тем материалом, который уже был снят, поэтому он велел Байрону (известному во всем мире подражателю животным) подползти дальше на холм к самому стаду, а затем изобразить голосом Дики в бешенстве, что он и сделал. При первом же звуке лая овцебыки запаниковали, что подтвердило как подражательную удаль Байрона, так и репутацию Дики. Те овцебыки, которые спали, повскакивали на ноги, кто щипал молодую поросль, сразу же прекратили свое занятие. Малышей собрали вместе, и поспешно был сформирован оборонительный круг, вопреки тому факту, что в поле зрения овцебыков не было ни человека, ни животных. Бедных существ должно быть озадачило то, что Дики так и не появился. Но мы ликовали, так как это значило, что мы получили весь необходимый нам материал об овцебыке и могли сейчас сосредоточиться на наших следующих двух целях: снять сюжеты о северных оленях и краснозобых казарках, возможно одних из самых красивых из всех водоплавающих птиц.
По словам нашего прорицателя, Григория, птица гнездились на острове, где река Бикада впадает в озеро Таймыр, одно из самых больших озер в мире. Вот куда он предложил нас отвезти, так как помимо краснозобых казарок, этот остров как место гнездования использовало множество различных птиц. На нашей армаде лодок мы отправились в путь довольно рано. Я мог определить, что было рано, только посмотрев на часы, потому что солнце ярко светило всю ночь как обычно. Мы обнаружили, что в четыре часа утра было также легко снимать, как и в полдень, так как свет был идеальным. Но мы уже знали, что это постоянный свет производил сбивающий с толку эффект.
Остров лежал приблизительно в четырех-пяти милях от главного управления заповедника, в том месте, где река разливалась и терялась в просторе озера. Когда мы приблизились к острову, он оказался в милю длинной и полмили шириной. Он был окружен пляжами и дюнами серого песка. Выше располагалось губчатое покрытие из мха и карликовых ив, разбитое сотнями маленьких водоемов, что делало остров идеальным местом гнездования для птиц. Он был защищен от песцов быстрой рекой с сочными водяными растениями и насекомыми, спокойными мелкими заводями, где хрупкие малыши могли учиться плавать и охотиться за пищей. То, что остров был огромными яслями, стало ясно, когда мы поравнялись с маленькими серыми утесами и увидели, как воздух взорвался метельно-белыми крыльями встревоженных птиц. Большие полярные чайки, или бургомистры, и серебристые чайки кружили над нами, словно какие-то странные мобили, попавшие в ураган, и каждая птица кричала, ругая нас. Черноголовые вилохвостые чайки были еще более воинственными и как только мы отважились сойти на берег, безжалостно пикировали на нас. Одна из них бросилась на меня и приблизилась так близко, что ветер от крыльев фактически сделал пробор в моих волосах. Стаи уток – гаг темно-шоколадного цвета пролетели мимо нас и их быстродвигающие крылья шумели так, как будто кто-то разрезал кусок шелка. Гаги - селезни должно быть считали шумные детские ясли неподходящим местом для такой элегантной птицы, потому что мы видели только одного селезня, степенно проплывавшего мимо. Он представлял собой замечательное зрелище со своей белой грудкой, зеленой головой и черной маской. Он очень напоминал аристократа с надменным выражением лица. Он, очевидно, чувствовал, что, спарившись, он оправдал свое существование и больше ничего не хотел делать с пронзительно кричащими птенцами. Нас впечатлило количество видов, увиденное нами: песочники, лапландские, или шпорцевые, подорожник и гагары с красными и черными горлышками. Но мы обо всех них позабыли, потому что вдруг стая диких краснозобых казарок пронеслась по небу черным силуэтом. Затем, когда они повернулись, то продемонстрировали свою удивительную окраску – белый проблеск на клювах, глянцево-черный и белый на тельцах, и восхитительный розоватый оттенок красного кирпича на щеках и грудках. Мы подождали, пока они усядутся и успокоятся, а затем осторожно приблизились к их гнездам. У некоторых из них были птенцы, а некоторые высиживали яйца. Они были чрезвычайно доверчивы и позволили нам приблизиться к себе на десять футов. В это время они либо умело обращались со своими птенцами, отправляя их в лужи на уроки плавания, либо же уютно устраивались в своих гнездах, поплотнее прижимаясь к своим яйцам. Что за великолепные птицы это были! Когда они кружились в небе, их красные грудки светились на солнце. При этом они хором издавали жалобные крики, словно группа чудесных фаготов.
Мы провели удивительный день на острове, снимая и наблюдая за птицами. Это было просто замечательно, потому что на следующий день вся тундра, на сколько хватало глаз, была укрыта пеленой туч таких же черных и густых, как и деготь. Пошел холодный дождь. Еще холоднее было от резкого ветра, который словно молотил цепями. Фактически мы находились на гигантском ледяном кубе, прикрытом тонким слоем растительности. Чтобы согреться, нам два дня ничего не оставалось делать, кроме того, как наспех кутаться во всю свою одежду, которая у нас была, и играть в салочки – шумную игру, которую благоразумно предложил Байрон. На третий день появился слабый проблеск солнца. Родни, никогда не поощрявший бездействие, решил, что должен снимать леммингов. Тот факт, что у нас не было ни одного из этих крошечных грызунов, ни капельки его не отпугивал. Он привлек на помощь себе Дики и еще одну собаку. Джон и Байрон вышли в пропитанную водой тундру и, к нашему удивлению, вернулись приблизительно через час с двумя взрослыми и тремя детенышами леммингов, которых мы поселили в три кулера, маленькие пластиковые холодильники, в которые упаковывается пленка. Они обосновались вполне безмятежно и оказались очаровательными зверьками. Взрослые лемминги были длинной в пять дюймов, низенькими, едва возвышавшимися над землей, с изящными маленькими лапками, блестящими коричневыми глазами и круглыми ушами, которые почти прятались в густом мехе. Спинки зверьков были насыщенно-рыжими, покрытые черными крапинками и с коричневато-черной полосой, которая проходила от макушки головы до нелепого короткого толстого хвостика. Малыши – все трое с удобством поместились бы в чайную чашку – были очаровательны, круглолицы, с яркими глазами и маленькими ножками с хорошо сделанным маникюром. Их спины были бледнее красновато-коричневого оттенка взрослых и без черных крапинок, но черная полоса от головы до короткого толстого хвоста была выражена ярче. Они сохраняли полное самообладание и, хотя взрослые и пытались кусаться при попытке поднять их, молодежь просто издавала женственные попискивания, как старые девы, которых неожиданно ущипнул викарий. На самом деле они оказались наиболее склонными к сотрудничеству существами и делали все то, что мы от них хотели. Наконец, когда мы освободили их для того, чтобы Родни мог снять несколько кадров с ними - словно бы они шли по своему проспекту - они сыграли по-настоящему плохо. Усевшись, они начали мыть свои мордочки, нюхать цветы, останавливались, чтобы перекусить ивой, пока, в конце концов, не пошли прогулочным шагом в тундру.
На следующий день погода прояснилась и прилетел вертолет, чтобы переправить нас на следующий и последний этап нашего путешествия – в лагерь на реке Логата, расположенном в огромном заповеднике на западном берегу озера Таймыр. Там нашей намеченной жертвой были огромные стада северного оленя, которые в это время осуществляли свою сезонную миграцию к морю. Это был удивительный полет вдоль широкого озера с одной остановкой, чтобы мы могли снять эффектный пейзаж. Некоторые части озера были все еще покрыты большими пластинами грязно-серого тающего льда, как мыльной пеной на темной воде. Пейзаж сильно отличался от Бикады: больше не было мягкопологих холмов, зато были довольно высокие откосы с кое-где каменистыми осыпями, серовато-черные скалы похожие на сланец. Десятки маленьких рек сбегали, чтобы питать озеро, извиваясь по тундре как щупальца серебристого осьминога. Кругом раскинулись странные песчаные холмы, бледного желтовато-коричневого цвета и самой странной формы. В одном месте три из них, расположившиеся вдоль друг друга, выглядели изумительно похожими на верхние половинки и, испещренными жилками, хвосты трех огромных вуалехвостых золотых рыбок. Берега Таймыра были изрезаны тысячами заводями и маленькими озерцами, с которыми происходило волшебное изменение цвета. Когда мы пролетали над ними, в одно мгновение они были чисто-голубыми, в другое – они превращались в блестящие серебряные монеты, если на них падало солнце, а затем, когда мы опускались ниже, становились коричневыми. Если низко лететь над этими водами цвета хереса, можно было увидеть кости и бивни мамонтов, которые лежали в беспорядке, словно застывшие в янтаре.
Наконец мы прибыли в лагерь и обнаружили, что каким бы отдаленным он не был, здесь использовались все возможности, чтобы нам было комфортно. Мне и Ли достался крошечный деревянный дом (с Джоном Хартли в качестве нахлебника, спящего на полу в кухне). Команда жила в палатках. Кроме того, у нас была огромная палатка, которая служила нам как кухней, так и столовой. На этой стадии нашего путешествия к нам присоединилась большая белокурая неожиданность, которую звали Наташа, с голубыми, как барвинок, глазами и ослепительной улыбкой. Как нас заверили, она была знатоком северных оленей. Наташа далеко не свободно владела английским языком и, если не понимала сказанную ей фразу, то останавливала на вас свой ярко-голубой взгляд и произносила взрывное: «ЧЕГО?» Это было так устрашающе, что казалось, если бы она проводила допрос, вам бы пришлось во всем сознаться. Она была вполне прелестна и в самом деле оказалась кладезем информации о северных оленях. Она поведала нам, что поведению оленей характерны миграции на север к Арктическому океану весной и летом, и возвращение с началом зимы, когда они пересекают тундру и укрываются за ее границами в лесах. В данный момент огромные стада передвигались на север. Наташа захотела, чтобы именно это перемещение мы увидели и сняли.
На следующий день мы сели в вертолет и примерно через час полета нам по пути попалось первое стадо: пятьсот или шестьсот северных оленей мчались галопом по долинам. Большинство самок сбросили свои рога, а у молодых самцов были только маленькие. Но двадцать или тридцать взрослых оленей-самцов были с массивными и красивыми рогами, похожими на огромные ветвистые зимние деревья, лишенные листьев, венчавшие их головы и раскачивающиеся туда-сюда, когда самцы проносились галопом мимо нас. Первое, что поразило меня, была разница в окраске в самих стадах. Мне всегда представлялось, что северные олени просто коричневые. Но вскоре я убедился в своей ошибке. Здесь были взрослые особи настолько темно-коричневые, что казались почти черными. Другие были бледно-желто-коричневые, третьи рыжеватые, а некоторые какого-то странного серебристого цвета, из-за которого олени, казались почти белыми. Это огромное стадо оленей, испуганное нашей близостью, галопом спустилось с холма, и умчалось на сравнительно ровное пространство, где было еще одно большое стадо, с которым оно и смешалось. Поэтому под нами было несколько тысяч животных – движущийся ковер из цветов, а кое-где лес из оленьих рогов. Это было одно из самых впечатляющих зрелищ. Здесь было достаточно оленей на ходу, чтобы занять делом Санта Клауса на многие столетия.
Тем временем вертолет опустил нас в узкую и яркую от цветов долину, в которой обнажились на поверхности большие скалы, среди которых мы могли спрятаться. Пилот вертолета собирался осторожно подогнать стада к нам, чтобы мы смогли снять их. Долина была красивым местом: вдоль всей ее длины журчал и мерцал ручей, а на поросшем травой холме в каких-то четырехстах ярдах от нас застыла полярная сова – белая, как надгробная мраморная плита, - и пристально смотрела на нас своими изумленными оранжевыми глазами. Мы скрылись среди скал, и вскоре по ту сторону холма открылось разноцветное море северных оленей. Наш пилот проделал отличную работу, направляя оленей в долину не напугав их. Спокойно они сочились мимо нас, время от времени останавливаясь, чтобы пощипать травы. Иногда олень-самец внимательно и с подозрением смотрел в нашу сторону, гордо и властно неся свои массивные рога на голове, подергивая ушами из стороны в сторону, чтобы уловить любой звук. Постепенно огромное стадо проходило мимо. И только последний величественный олень-самец остановился на фоне неба, оглянулся на нас и фыркнул, как будто насмехаясь над нами перед тем, как последовать за стадом. С затекшими от долгого скрывания за скалами телами, мы поднялись, потянулись и ждали, пока прилетит вертолет и заберет нас – очень довольных этим последним нашим днем съемок в поле.
В тот вечер мы праздновали. Вместо нескончаемого мяса северных оленей, которым нас кормили все это время, появился гусь и – чудо из чудес в тундре – салат. Последние бутылки водки и виски были открыты и выпиты за множество тостов. После этого, к нашему удивлению и удовольствию, Наташа и все остальные сотрудники заповедника представили невероятный подарок для меня и Ли. Когда я прибыл на Таймыр, я случайно обмолвился, что хотел бы получить в качестве сувенира бивень мамонта. Это было больше шуткой, чем правдой, так как я думал, что его будет невозможно достать. Сейчас они подарили нам не просто бивень, а бивень детеныша примерно в два фута длиной на одной из сторон которого с любовью было выгравировано послание, для нас двоих. Это был замечательный подарок, и мы были переполнены чувствами.
«Наташа, - сказал я, поднимая свой стакан, - это самый лучший подарок, который нам подарили в Советском Союзе, а вы самая лучшая блондинка в Советском Союзе».
«ЧЕГО-О-О?» - спросила Наташа.

ПОДПИСИ К ИЛЛЮСТРАЦИЯМ
С. 164. Занятные, красивые и воинственные лемминги ползают по тундре и в этом суровом окружении представляют собой важный источник питания для хищников. Без леммингов, снующих по своим магистралям во мху, не было бы ястребов, сов и арктических лисиц – песцов.
С. 164 (предыдущая страница – вставка). Похожая из-за мха на губку тундра отступает перед каменистыми осыпями черно-серого сланца в западной части озера Таймыр (слева). Арктическая лиса – песец (далее слева).
С. 164 (предыдущая и следующая). Таймырская тундра представляет собой удивительный пейзаж. Множество водоемов были похожи на гигантское разбитое зеркало. Там, где лед был вытолкнут на поверхность, тундра казалась почти как возделанные человеком рисовые поля на Дальнем Востоке. Выше в тундре поверхность была более холмистой. В изгибах этих невысоких холмов, словно пойманные, лежали прокосы снега, так и не растаявшего даже под постоянным солнцем.
С. 166. (эта и следующая страница) Все здесь было миниатюрным: деревья высотой только до колена, восхитительные цветы такие мелкие, что приходилось опускаться на ладони и колени, чтобы насладиться их красотой. В этой суровой обстановке все должно быть крошечным, так как малый размер – это форма защиты от проявлений стихии.
С. 168 (следующая). Тундра на самом деле как огромная зеленая губка, положенная на кусок льда. Холмики, когда идешь по ним, кажутся густым ворсистым ковром, а между ними можно увидеть маленькие дорожки, протоптанные леммингами.
С. 171. Когда я впервые увидел диких овцебыков (предыдущая страница), то сильно волновался, хотя я до сих пор не знаю, почему я страстно увлекся этими странными, словно непричесанными животными.
Когда они образуют свой оборонительный круг (вверху), щетинистый от рогов, только очень смелый хищник осмелился бы нарушить его, чтобы добраться до детенышей внутри.
С. 172. Вверху страницы: овцебыков, апатично пощипывающих траву, спящих и кормящихся в созданном искусственно месте для лизания соли, грубо потревожили, когда Байрон продемонстрировал свое известное подражание собачьему лаю. Благодаря успеху советской программы реинтродукции, сейчас на Таймыре живет свыше сотни овцебыков.
Снизу: Дики, наш охотничий пес, приученный к овцебыкам, на этом снимке сильно взволновала одинокого быка, и дал загнать себя в реку. Зрение у Дики как у орла, и он смог заметить стадо овцебыков с вертолета даже раньше нас и сходил с ума от восторга, потому что его любимым видом спорта было занятие сгонять этих крупных косматых животных.
С. 173. Краснозобая казарка, возможно, самая красивая в мире водоплавающая птица, поворачивается под солнцем, чтобы показать нам свою удивительную терракотовую окраску.
С. 174. Этот остров был, безусловно, идеальным местом для гнездовья краснозобых казарок. Их было много: некоторые сидели на яйцах, а некоторые учили своих пушистых малышей плавать в небольших заводях, которые усеивали остров. Эти утки гнездятся только в Советском Союзе и относятся к видам, которые находятся под угрозой исчезновения.
С. 175. Реки, как корни странного зеленого дерева, извиваясь, стремятся к озеру Таймыр. Они словно обнимают участки земли и образуют острова. Эти острова, защищенные от мародерствующих песцов своими быстротечными речными «рвами», формируют идеальные убежища, в которых несметное число птиц без тревог высиживает птенцов.
С. 176. Лемминг намного более привлекательный, чем любой хомяк. Любопытно, что его не превратили в домашнего любимца.
С. 177. Одним из преимуществ этого места было отсутствие деревьев, поэтому можно было хорошо рассмотреть птиц, а не подвергаться танталовым мукам, надеясь увидеть их лишь мельком. Странно названный dowitcher (американский бекасовидный веретенник) гнездился на карликовых ивах и березах, так же как и золотистая ржанка. Выведением потомства были заняты также и красивые пуночки, и тундряные куропатки, и прелестные маленькие лапландские, или шпорцевые, подорожники. Хрустан, или глупая ржанка, на скалистых берегах настолько идеально сливался с окружающей местностью, что оставался невидимым, пока не начинал двигаться.
С. 178. Вверху и справа: Нет надобности говорить, что птицы возражали против нашего присутствия, как будто мы были двуногие песцы и камнем бросались на нас, как только мы подходили к их гнездам. Самыми храбрыми и агрессивными были поморники с длинными заостренными хвостами и мужественные вилохвостые чайки с черными головами.
Ниже, внизу страницы слева и справа: Таймыр был замечательным местом для птиц, которые во время нашего пребывания гнездились повсюду. Вокруг маленького дома, в котором мы жили, мохнатоногие канюки - зимняки парили в поисках леммингов. Утки гаги были заняты высиживанием яиц или шумно суетились вокруг недавно выведшихся пушистых птенцов.
С. 179. Лететь над озером Таймыр было изумительно, потому что ландшафт менялся очень быстро. В одно мгновение мы видели тундру, изрезанную серебристыми реками, питающими озеро, а в следующее – она превращалась в мозаику из тающего льда, которая потом превратиться в странные «рисовые поля», созданные зимними морозами.
С. 180. Вверху страницы: Стада северных оленей, когда мы заметили их с вертолета, казались бледно-желтовато-коричневого цвета, и только когда мы приземлились и оказались среди них, мы увидели множество различных оттенков и смогли насладиться лесом из рогов.
Ниже: Снежная, или белая, сова – свирепый хищник, чье оперение идеально скрывает ее от своей жертвы зимой.
С. 181. Это бивень мамонта, который мы не смогли взять домой в качестве сувенира.
 
1659. Мария
Казань


Fri 26.Jun.2009 12:40:30
Привет всем!
Работаю над Репетеком, появилось сомнение.
Даррелл описывает ящерицу: net-backed lizard (дословно: ящерица с сетчатой спиной). Судя по описанию - травянисто-зелёное тело с чёрным узором (прямо не указано, но, похоже, на спине и хвосте сверху, потому что он пишет, что ящерица словно носит чёрную ажурную шаль).
Я сумела пока найти единственное животное, которое более или менее подходит по описанию, - сетчатая ящурка, Eremias grammica (фотоhttp://www.zooclub.ru/rept/vidy/59.shtml).
По крайней мере, об этом создании известно, что оно имеет чёрный сетчатый рисунок и живёт в Каракумах. Хотя она с виду - совсем не травянисто-зелёная. И ещё сомнение вызывает то, что в Сети не видно, чтобы Eremias grammica кто-то называл по-английски net-backed lizard, там попадается mesh lizard (для того же латинского названия, mesh - тоже сеть).
Если есть специалисты, пожалуйста, дайте знать: правильно я поняла Даррелла, или там водятся другие ящерицы, которых можно так назвать?
Заранее спасибо!
P.S. Репетек идёт гораздо медленнее почему-то, но, надеюсь, скоро закончу!
 
1658. Kogary
Украина
kogary7@mail.ru

Mon 22.Jun.2009 15:13:01
Всем переводчикам:
Аня - огромадное спасибо!
Мария - горы благодарности!
Таня - дикий снкс!
Валацуга - томо аригато!
Юрий - мучиас грасиас!
Ольга - гран мерси!

Народ, какие же вы молодцы! На редкие наезды даже не думайте обращать внимание: критикуют тех, кто работает.
 
1657. Кипрень



Sun 21.Jun.2009 00:29:10
Вроде восстановилось
 
1656. Ю



Sat 20.Jun.2009 22:33:21
На 20.06.2009:

Начало - до 13 стр. Анна (готово) +Мария
Дарвинский - стр. 14-23 Анна (готово) + Мария
Ока стр. 24-33 Танька (готово) + Мария
Березина 34-43 Валацуга (готово)
Аскания-Нова 44-62 Анна (готово)
Кавказ 63-77 Ольга (готово)
Астрахань и Калмыкия 78-93 Masha (Питер) + Ева (Владивосток)
Бухара 94-109 Анна ??? Мария (Казань)???
Чаткал 110-125 Юрий
Репетек 126-143 Мария (Казань) Байкал 144-161 Ольга
Таймыр 162-181 Валацуга
Москва с 182 Татьяна
 
1655. HUNTER
Riga
acheslav@hotmail.com

Fri 19.Jun.2009 12:18:29
Даже не знаю, как отблагодарить авторов ресурса! Огромное спасибо за книги - битый час не мог найти ничего на оригинальном языке!
 
1654. Валацуга



Fri 19.Jun.2009 10:12:44
Всем добрый день!
Прошу прощения за задержку с Таймыром - просто одна командировка за другой: времени практически нет, но в понедельник в обед очень-очень-очень постараюсь вывесить.
Всем удачи!
 
1653. Кипрень



Thu 18.Jun.2009 17:32:28
а они никому и не мешали, просто отвалились почему-то
 
1652. Ю



Wed 17.Jun.2009 20:22:21
Не знаю как кому - а мне, лично, оставшиеся страницы не мешали
 
1651. Кипрень



Wed 17.Jun.2009 17:39:41
Не задумано... поправлю, когда до дома доберусь. В любом случае ничего не пропало. Чуть попозже сделаю архив, где-нибудь начиная с 10 страницы.
 
1650. Ю



Wed 17.Jun.2009 11:36:28
Кипрень&Максим
8 страниц это так задумано?
А где стальные? Архива тоже незаметно
 
1649. Ю



Wed 17.Jun.2009 11:17:04
2Ева
 
1648. Ева



Wed 17.Jun.2009 05:31:10
Ю, получила, сижу - перевожу. я тут посмотрела, что многие выставляют по одной переведенной странице, но я хочу сразу всю главу. это не меньше месяца точно. так что не волнуйтесь куда я пропала!
 
1647. Ю



Tue 16.Jun.2009 14:44:19
2Ева
Получили?
Выслал сразу же
 
1646. Юрий



Tue 16.Jun.2009 00:02:34

Извините,к сожалению завис-в длительной командировке на месяц (переводить возможности просто нет).Хотел предупредить, но почему-то 2 недели назимая на кнопку "гостевая" не мог попасть внутрь. K сожалению
не буду способен перевести главу раньше 5-6 июля.
 
1645. Ева



Sun 14.Jun.2009 05:37:28
Ю, вышлите мне, пожалуйста, "астрахань".
alpamus87@mail.ru
 
1644. Ю



Sat 13.Jun.2009 14:37:51
Начинаем перестраховываться
Ева
Приветствуем! Рады.
Попробуйте "Астрахань и Калмыкия"
 
1643. Ева
Владивосток


Sat 13.Jun.2009 02:53:16
Всем привет!
позвольте присоединиться к вашей тесной компании
Танюша, спасибо за перевод! правда, ты пару раз "опечаталась", но смысл понятен!!!!
хочу присоединиться к процессу перевода)))
читала всю историю процесса, предупреждаю - диплома не имею, переводчиком не работаю, перевожу медленно, но уверенно)))))
 
1642. Танька



Wed 10.Jun.2009 23:30:05
Привет! Прошу прощения за столь долгое молчание, сама не ожидала. Я просто писала диплом и поэтому времени на перевод совсем не осталось, но теперь я его сдала и ... вуаля! Первая стр. посленей Главы.

Страшно уставшие, погребенные под массой впечатлений, но в то же время оченб довольные, ято собрали замечательный материал для фильма, мы, наконец, вернулись в москву. Здесь у нас была еще одна задача: как это принято в извращенном мире телевидиния нам нужно было снять первую серию. Я хотел показать, что в этих уродливых, пугающих многоэтажках таилось удивительное разнообразие оберегаемых, любимых животны. Я хотел показать огромную любовь людей к своему зоопарку. И чтобы даже у скептиков не осталось сомнений, я хотел показать "птичий рынок", уникальное, на мой взгляд, место, подобных которому я не встречал ни в одной другой стране мира.
Я расскажу сначала о птичьем рынке, поскольку именно с ним связано, пожалуй, самое сильное разочарование, постигшее меня за все наше долгое путешествие, котрое меня порядком разозлило и огорчило. Об этом рыне я узнал от Джона. Он посетил его во время одной из своих разведывательных поездок и в красках расписал все его прелести. Если я хочу показать любовь людей к животным, заявил он, я просто обязан заснять этот рынок. Поэтому мы и вписали его в сценарий нашей первой серии.
В просьбе снять рынок нам было отказано. Почему, спросил я. Неужели там продают больных зверей? Конечно же нет, ответили нам. Тогда почему мы не можем их снять? Потому что место не очень симпатичное, был ответ. ну тогда могу я хотя бы сходить туда, а потом написать об этом в ниге? Пожалуйста, сказали нам, просто не снимайте там. и вот мы с Ли и Джоном отправились смотреть это чудо.
Он был абсолюно, бесподобно очарователен. не очень далеко от центра Москвы находилась оживленная площадь, которая просто ломилась от наводняющих ее животных и людей.
 
 
Страницы: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | 45 | 46 | 47 | 48 | 49 | 50 | 51 | 52 | 53 | 54 | 55 | 56 | 57 | 58 | 59 | 60 | 61 | 62 | 63 | 64 | 65 | 66 | 67 | 68 | 69 | 70 | 71 | 72 | 73 | 74 | 75 | 76 | 77 | 78 | 79 | 80 | 81 | 82 | 83 | 84 | 85 | 86 | 87 | 88 | 89 | 90 | 91 | 92 | 93 | 94 | 95 | 96 | 97 | 98 | 99 | 100 | 101 | 102 | 103 | 104 | 105 | 106 | 107 | 108 | 109 | 110 | 111 | 112 | 113 | 114 | 115 | 116 | 117 | 118 | 119 | 120 | 121 | 122 | 123 | 124 | 125 | 126 | 127 | 128 | 129 | 130 | 131 | 132 | 133 | 134 | 135 | 136 | 137 | 138 | 139 | 140 | 141 | 142 |